Квартирный запрос: РОСИЗО рассказывает о ленинградских художественных «квартирниках»

В московском выставочном зале РОСИЗО представили проект «Искусство за закрытыми дверями. Ленинградские квартирные выставки 1960–1980-х», собравший более 150 работ. Он получился ностальгическим, как и экспозиция о московском «подполье», показанная здесь же в прошлом году. Правда, на сей раз одним из героев стал город на Неве — с его флером меланхолии и легкого безумия. А сама выставка превратилась в рассказ о сближении неофициального искусства и поп-культуры, считает Ксения Воротынцева.

Обшарпанные парадные, дворы-колодцы и бездонное небо — именно такими, совершенно питерскими образами открывается выставка. Зритель видит их в окнах-лайтбоксах, а потом, вжившись в роль наблюдателя, перемещается на знаковые «квартирники», воссозданные куратором Алиной Корень.

Путешествие в целом подчинено хронологии. Начинается все в 1960-е, правда, с захватом предшествующего десятилетия, ибо «Орден нищенствующих живописцев» был основан героями этого раздела на рубеже 40–50-х. Одной из центральных фигур оказался поэт Роальд Мандельштам, страдавший от костного туберкулеза и почти не выходивший из квартиры: в экспозиции можно увидеть рукописи. Вокруг него сложился круг художников, среди которых были Александр Арефьев, Рихард Васми и Владимир Шагин, отец одного из основателей «Митьков» Дмитрия Шагина. В их работах Петербург представал лиричным и совсем не парадным. В 1961 году Мандельштам скончался, не дожив до 29 лет. Арефьев и Шагин продолжали творить: их влияние ощущало на себе и следующее поколение ленинградского андерграунда.

В 70-е неофициальное искусство из тесных квартир вынырнуло. На волне Бульдозерной выставки в Ленинграде прошли два больших смотра — в ДК имени Газа (1974) и в ДК «Невский» (1975). «Газаневские выставки», о которых вспоминает нынешний проект, были своего рода сборной солянкой: в них участвовали художники совершенно разных взглядов. От Евгения Рухина, вскоре погибшего в странном пожаре в своей мастерской, до Анатолия Белкина. И хотя выставки вызвали ажиотаж, что видно по снимкам, запечатлевшим толпу в залах, работали они лишь несколько дней.

Вскоре неофициальное искусство вновь ушло в подполье: 80-е, которым щедро отвели целый этаж, начинаются с квартирной галереи «Асса», открывшейся в расселенной коммуналке Тимура Новикова. Он стал основателем группы «Новые художники», в которую входили Георгий Гурьянов, Олег Котельников, Сергей Бугаев (Африка).

Этот извод андерграунда оказался неотделим от дендизма. Новиков и его соратники ощущали себя рок-звездами — пусть и без стадионной аудитории, и амбиции у них были серьезные.

Недаром первая выставка Энди Уорхола в России прошла именно в «Ассе». С королем поп-арта художники установили контакт через американскую певицу Джоанну Стингрей, увлеченную советским неофициальным искусством. На нынешней выставке работ Уорхола, конечно, нет, зато остальные герои на месте: от Котельникова, написавшего ряд картин вместе с Евгением Юфитом, до Новикова.

А потом подполье выплеснулось на экраны — благодаря фильму «Асса» Сергея Соловьева, где Африка сыграл одну из главных ролей. В кадр попали и работы художников: на выставке им выделен целый зал. Здесь и знаменитый Iron Curtain — «Железный занавес» группы «Гнездо», и вертящаяся на проигрывателе пальма Николая Овчинникова, которые в глазах обывателя выглядели странно и даже нелепо.

Проект не только знакомит с хроникой событий, но и рассказывает об особом, обостренном восприятии города.

Сквозь «ленинградский текст» с его обветшавшей красотой просвечивает «петербургский» с грезами о величии и сладостной меланхолией. Особенно это видно в работах фотографов: в РОСИЗО воссоздали выставку независимой фотографии «Под парашютом», прошедшую в 1974 году. На снимках Бориса Смелова запечатлен Ленинград в его осыпающемся великолепии, а в произведениях Леонида Богданова город кажется черным и глубоким, словно бездна.

Людские судьбы нынешний проект оставляет в стороне, хотя трагедий хватало: тот же Смелов насмерть замерз на улице в 1998 году. Отдельного зала удостоился лишь Тимур Новиков с его портретами, написанными разными художниками — от Африки до Олега Котельникова: явный оммаж «I биеннале портретов Тимура Новикова», показанной в галерее «Асса». Впрочем, несмотря на всю иронию, густо перемешанную с нарциссизмом, это выглядит вполне уместным. В конце концов, авторам того круга и правда удалось почти невероятное — выбраться из глубокого подполья. Пусть и не без помощи времени, которое позже нашло себе новых героев.

Источник: Коммерсантъ