Рыба мечт: На Итурупе Владимир Путин нашел то, что искал

13 августа президент России Владимир Путин, оказавшийся на острове Итуруп, осмотрел школу, больницу и углубился в изучение рыбоперерабатывающих вопросов, попробовал всякой икры и узнал, как неделю назад три часа тащили трехсоткилограммового тунца, да не вытащили. Специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников — о том, как рыба победила, и о том, что ему все это что-то очень уж напомнило.

А какую еще промышленность изучать на острове Итуруп, если не рыбоперерабатывающую?

Это был завод «Ясный». Владимиру Путину приготовили для осмотра огромное предприятие, и он наблюдал за тем, как идет переработка минтая, сначала с высоты птичьего полета — с такого чайки присматриваются к минтаю в море.

Основатель группы компаний «Гидрострой» Александр Верховский уже в своем кабинете рассказывал, что недавно в эти места пришел и тунец.

— Вот он! — гордился губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко, показывая на лежащего на директорском столе тунца.— Это ж настоящий!

Уточнять было необходимо, ибо тунец и в самом деле казался чучелом. Но нет, на стол выложили почти живого. То есть пока начинали ждать, точно еще трепыхался.

Российский президент даже попробовал тунца на ощупь. (Проба на вкус была позже.)

— Воды Итурупа и других курильских островов кишат тунцом! — с удовольствием рассказывал Александр Верховский.

Становилось тем более ясно, почему визит Владимира Путина на Итуруп вызвал такое раздражение и даже протест Японии.

— Ничего себе! — вслед за ним воскликнул и Владимир Путин.— А вслед за ним пришли акулы?

— Нет! Вслед за ним пришли киты! — торжествовал Александр Верховский.— Мы не понимали этой ситуации. Ведь здесь раньше был китовый завод. Вы вот приехали, смотрели: гарпуны там… Это то, что мы выкопали, когда углубляли бухту. И мы не понимали: откуда тут киты?! Нет китов! А вот сейчас ушел лосось и пришел тунец и киты! Я ходил вчера в море с той стороны,— он показал,— так мы попали прямо на китовую стаю! 20–30 китов! Серые киты, горбачи… И везде прыгает палтус!

Тунец (справа) и палтус (слева) оказались не макетами в натуральную величину, а тунцом и палтусом

Картину Александр Верховский рисовал просто нереальную, райскую. Да бывает ли так и в раю-то?..

— Кстати, можно попробовать вам приехать и поймать…— негромко произнес Валерий Лимаренко.— Гарантированная рыбалка… Поймаете и палтуса, и…

Он, наверное, хотел сказать тунца. А может, и кита. Да, скорее всего, кита. Но его перебил Александр Верховский:

— Это что-то невообразимое! — Он уже чуть за голову не хватался от не поддающегося осмыслению количества подведомственной ему рыбы.

— Борьба с рыбой идет где-то 40 минут,— решил объясниться Александр Верховский.— Ее подтаскиваешь к борту, потом пробиваешь специальным гарпуном, ну и тут уж все…

— С тунцом боролись на прошлой неделе три часа…— вздохнул губернатор.— Так и не вытащили. Огромная рыба…

— А вот фарш сурими…— продолжал Александр Верховский, уходя вправо.— Из него делают потом крабовые палочки… Это очень большой рынок и азиатский, и в России. Но я хотел бы обратить ваше внимание вот на что. На два вот этих продукта. Потому что они ключевые. Раньше было много камбалы, сардин… Сегодня изменение климата дают два монопродукта: сельдь и минтай.

— И то и другое — филе. 100 тыс. тонн филе минтая было продано в России в прошлом году, из них наших — 30 тыс. И в филе сельди мы как бы доминируем: около 70 тыс. тонн рынок филе сельди в России, и наши — где-то 50 тыс. из этих 70 тыс. И вот различные виды икры… Мы называем их субпродукты, но это, конечно…

— Красная икра, думаю, скоро станет раритетом…— признавал Александр Верховский.— Но есть и другие виды икры, которые сейчас набирают большой оборот!

— Огромная популярность, рынок просит!..— сообщил господин Верховский.— И икра минтая!.. Она очень вкусная, мы ее очень любим…

Но попробовать не дали. Увлеклись разговорами. Конечно, они-то каждый день ее лопают вместо хлеба.

— В 2000 году мы впервые ушли с острова Итуруп на остров Шикотан,— продолжал свой эпос глава «Гидростроя».— Мы ушли туда за глубоководной бухтой. Мы правильно ушли, потому что Дальний Восток богат бухтами, а вот бухт, куда может заходить океанический флот,— их считаные единицы…

Тут Владимир Путин позвал к столу нескольких работников завода, укрывшихся в уголке. Они, стесняясь, приблизились.

— Если начальство будет чего-то преувеличивать, вы дадите знать,— предложил президент.

— Да, мы поправим,— опрометчиво, думаю, заявила одна женщина, вставшая ближе всех к президенту.

— Раиса Владимировна — это лучший в мире мастер по производству красной икры! — сразу преувеличил господин Борзов.

— Зимний промысел минтая является ключевым конкурентным преимуществом этого завода! — говорил глава «Гидростроя».

— Не замерзает! Ну, может, неделю, когда наносные льды, но в целом не замерзает. Наливные суда берут рыбу, привозят на завод и обеспечивают таким образом береговую обработку… В общей сложности 200 тыс. тонн рыбы мы перерабатываем на наших береговых заводах… А вот это,— он показал на экран телемонитора,— показывают самый крупный завод в мире! Потому что ни один завод в мире не перерабатывает такой объем!

— Тот самый продукт, который критически необходим для сельского хозяйства… Но это не всё…

— А вот сахалино-хоккайдская сельдь, которой не было на Сахалине 65 лет! — добавил господин Верховский.

— Подошли огромные косяки сельди!.. И она стала нереститься у берегов Сахалина…— с нежностью сказал глава компании.

И вряд ли это случайность. Что-то не понравилось ей у недружественных берегов. Чем-то они оказались ой как не по душе. И разве мы не знаем, чем? Если что, можем объяснить.

— И вот лучшие экипажи пошли туда!.. И нам сопутствовала удача!..— повествовал Александр Верховский.— И весной!.. И зимняя рыбалка тоже, добыча сельди кошельками!.. И еще один эпизод, Владимир Владимирович. Можно?!

— Я говорю о системе рыборазведения,— с облегчением рассказал господин Верховский.— То есть мы здесь, на острове, не просто используем водно-биологические ресурсы, возможности природы! А и сами их создаем! И, в частности, у нас самая большая и в России, и вторая в мире система воспроизводства лосося, которая называется пастбищным рыболовством! То есть мы разводим малька. У нас здесь, на острове, находится десять рыборазводных заводов. Мы берем у лосося икру на инкубацию (То есть буквально взаймы.— А. К.). Берется зрелая икра, оплодотворяется, закладывается на инкубацию, весной выходит малек… И, конечно, в период пяти лет мы достигли колоссальных результатов!

— Наш возврат от этого вида… это все рыборазводные заводы… составил 20 тыс. тонн. Для примера рядом Япония, Хоккайдо…

— Они уже 150 лет культивируют рыборазведение, аналогичное пастбище…— буквально поморщился Александр Верховский.— И с двух миллиардов малька получают возврат 40 тыс. тонн… А мы достигли 25 тыс. тонн, и такая была динамика, что мы должны были просто даже опередить!.. Но в любом случае мы составили им глобальную такую конкуренцию…

— Но вот изменения климата практически обнулили рыбу… Нет рыбы ни на Хоккайдо, ни на Аляске… В этом году уже она практически не пришла и на Камчатку…

— В этом году очень плохой результат…— сокрушенно сказал Александр Верховский.— Обычно Камчатка ловила 200–250 тыс. тонн лосося, а в этом году она поймала порядка шестидесяти. Это такая динамика, которая очень опасна…

— Вот Юрий Николаевич, мы с ним работали вместе 40 лет,— познакомил господин Верховский президента с коллегой.

— Я был главным инженером строительного управления,— пояснил Юрий Светликов,— а он был начальником строительно-монтажного участка. Все построили мы его руками, все заводы наши!

— Это говорит о том,— добавил Владимир Путин, пожимая руку Юрию Светликову,— что стройбат — он везде дает результат!

— Благодаря программе, которая здесь существовала (Читай: стройбату.— А. К.),— дорассказал господин Светликов,— мы имеем современный транспорт: морской порт, дороги… Это все построили наши строители, порядка 700 человек, которые круглый год все это строят. Школы, больницы…

— На глазах два завода снесли и построили заново за год! Скажем так, удивительно! — вступил Валерий Лимаренко.— Я строил атомные станции немножко медленнее, чем они строят вот эти заводы!

— Военные строители, что ты хочешь! Опыт не пропьешь…— потупился Юрий Светликов.

— А я бы хотела вас пригласить, Владимир Владимирович, на лучший в России курортный комплекс на кипящей речке вулкана Баранского! — успела одна женщина.

— 30 минут езды,— моментально перестроился губернатор.— Мы так-то поставили в программу… Если будет время, в принципе, можем посетить…

— Единственная кипящая река в мире! — вдруг разволновался и сам Валерий Лимаренко.

— Да, именно кипящая! Это 100 градусов прям вытекает из вулкана! Там просто такой аттракцион! Даже варят яйца и сгущенку! — Губернатор расхохотался.— Температура воды 114 градусов в источниках!

— Попробуйте лучшую в миру икру! — настаивала Раиса Владимировна, лучший в мире изготовитель красной икры.

— Река снижается, идет в сторону океана, и там на определенном месте, где 40–45 градусов… Там купаются…— поправился губернатор, которого, по-моему, подтолкнули под руку.— Специально организованы такие купальни… В прошлом году кипящую речку посетило 15,8 тыс. туристов.

— А вот икра минтая…— сказал губернатор.— Попробуйте… Мне, я говорил, нравится больше, честно говоря. Пробуйте, может, и вам понравится!

— Если не возражаете, на борт чё-нибудь отгрузим!..— всерьез уже выступил Валерий Лимаренко.

Текст обновлен 14 августа, 15:20. Уточнены ФИО одного из собеседников Владимира Путина.

Источник: Коммерсантъ